Какой пищей лучше кормить собак?

5OQozcV21NI

С января 2016 года у меня живет аляскинский маламут Нана. По этому информация относительно ездовых собак, равно как и вообще информация о собаках — о их кормлении и дрессировке — мне интересна. В этой рубрике я сохраняю некоторые полезные материалы что бы не потерять, а так же выкладываю свои наблюдения. И так, какой пищей лучше кормить собак — варить или давать сырую? Читаем и думаем!Видео о моем маламуте можно посмотреть на моем канале на Ютуб — канал Лесные Тропы.

О пище, бактериях, антибиотиках и кишечной микрофлоре

Теория сбалансированного питания родилась в недрах Политбюро ЦК КПСС и заключалась в том, что народ можно кормить чем угодно, если ему популярно объяснить пользу такого питания с научной точки зрения. Академик А.А. Покровский, директор Института питания, которому поручили научное обоснование этой теории, вывел знаменитую формулу, согласно которой белки, жиры и углеводы, представленные в пище, должны соотноситься между собой, как 1:1:4, а энергетическая ценность пищи должна составлять 1500-2500 ккал.

Теория открывала широкие возможности для социалистического планирования по питательным веществам, а в 70-х годах Политбюро пошло ещё дальше и наметило новую стратегическую линию на многие десятилетия вперед. На Старой площади было осознанно, что в противостоянии двух систем победит тот, кто найдет источник дешевого и быстрорастущего белка. Таким источником оказались пивные дрожжи. Дело оставалось за малым — за технологией управляемого автолиза и очистки. Но СССР рухнул, и гениальная идея осталась не реализованной. Итак, основная формула сбалансированного питания заключается в соотношении белков, жиров и углеводов, как 1:1:4. Все остальное (витамины, минералы и прочие нутриенты), по мнению авторов идеи, лишь дополнение к ней.

Даже при поверхностном рассмотрении эта концепция не выдерживает критики. Самыми серьёзными её недостатками являются: абстрактность: непонятно, о каких конкретно белках идет речь: соевые изоляты, или сывороточные протеины; какие жиры имеются ввиду: рыбий жир или свиное сало; что считать за углеводы: энтеральную глюкозу или мелкокристаллическую целлюлозу; вещества, которые в эту теорию не вписывались, объявлены «балластными», т.е. не нужными организму. Теория сбалансированного питания не может объяснить многих вещей, например: почему народы севера употребляют пищу, на 90% состоящую из белков и жиров; почему народы Юга (Индия, Бангладеш, Цейлон) употребляют пищу, на 80- 90% состоящую из углеводов; почему и те и другие не вымирают уже несколько тысячелетий, хотя питаются не по правилам; почему слон весит две тонны, хотя питается исключительно растительной пищей. Теория сбалансированного питания рассматривает продукты питания так, будто они существуют сами по себе вне системы пищеварения, ферментации, всасывания и проч.

Не так давно был издан очередной том «Таблиц химического состав и калорийности российских продуктов питания» под редакцией В. Тутельяна, директора Института питания РАМН. В нём со всей академической дотошностью перечислены всевозможные продукты и каждому продукту придана его пищевая ценность — численная характеристика жиров, белков, углеводов, минералов, витаминов и, разумеется, ккал. на 100 гр. продукта. Объем информации впечатляющий, но, смущает то, что пищевая ценность продуктов в этих трудах оказалась абсолютно оторванной от пищеварения. Питаясь «правильной» едой по формуле 1:1:4 без учёта совокупности всех факторов пищеварения, можно очень легко обеспечить себе атеросклероз, диабет, или, как минимум, пищевую аллергию. Взятый же вне контекста пищеварения кусок мяса, это всего лишь мускульная ткань. Пищей он становится в процессе пищеварения, процесса превращения сложных пищевых веществ в простые: белка – в аминокислоты; жира – в глицерин и жирные кислоты; углеводов – в простые сахара. В результате этого процесса организм получает энергию и пластический материал для строительства новых клеток. Авторы теории сбалансированного питания не учли тот факт, что прежде, чем получить энергию от усвоения простых веществ, растворённых в желудочном соке, организм сначала должен затратить некоторую энергию на расщепление сложного продукта. Таким образом, полезная энергия (ПЭ) извлекаемая из пищи равна пищевой ценности продукта питания (ПЦП) за вычетом энергии потраченной на расщепление (ЭРП) этого продукта ферментами.

Другими словами: ПЭ = ПЦП – ЭРП. Из формулы следуют 3 вывода: если пищевая ценность (ПЦП) меньше энергии, потраченной на расщепление продукта (ЭРП), то полезная энергия (ПЭ) будет меньше нуля, и организм будет находиться в состоянии жесткого дефицита энергии; ПЦП = ЭРП, то ПЭ = 0; в этом случае мы имеем ситуацию физиологического равновесия, но это тоже не выход, потому что ПЭ должна покрывать энергию, потраченную организмом на жизнедеятельность, поэтому ПЭ всегда должна быть больше нуля как минимум на величину энергии жизнедеятельности (ЭЖ); при нулевом ПЭ организм также будет испытывать энерго-дефицит; если ПЦП больше ЭРП, то и ПЭ больше нуля, но этого мало, важно чтобы ПЭ была равна или превышала ЭЖ: ПЭ=ЭЖ а ещё лучше, когда ПЭ>ЭЖ Только в этом случае организм получает от пищи энергию в количестве необходимом для нормального функционирования. Другими словами: ЭЖ=ПЦП-ЭРП Из этой формулы можно сделать следующий вывод — чем меньше организм тратит энергии на расщепление пищи, тем больше его энергия жизнедеятельности (ЭЖ).

Когда человек болен, у него резко возрастает потребность в энергии жизнеобеспечения. Многие родственники несут в больницу куриный бульон – самую дешевую энергию. Похмелье – тоже форма дефицита энергии. И, когда с похмелья «в рот ничего не лезет», тогда особенно хорош азербайджанский Хаш – крепкий мясной бульон, представляющий собой насыщенный раствор простых белков и аминокислот, полученный при расщеплении сложных белков энергией кипящей воды, раствор полностью готовый к усвоению. Лучше в таком состоянии только инъекция глюкозы, продукта, не нуждающегося в расщеплении.

Кроме термической энергии для расщепления пищи и сокращения собственной ЭРП можно использовать механическую энергию (мясорубка) или химическую — вся средиземноморская кухня построена на уксусе и вине, Есть еще один вид пищеварения, распространенный в среде хищников – это бактериальное пищеварение. Грифы, шакалы, осетровые рыбы и прочие падальщики экономят собственную энергию ЭРП, за счет того, что первые этапы пищевого расщепления они отдают бактериям. Медведь, задрав жертву, приваливает её листьями и ждет, пока гнилостные бактерии выполнят за него работу по первичному расщеплению белка. И уже бактерии, а не медведь, тратят энергию. Как только мясо изрядно протухнет, медведь возвращается и продолжает переваривать пищу уже в собственном желудке. У людей примерно то же самое: народы севера предпочитают мясные и рыбные продукты «с запашком»; китайцы любят тухлые яйца; простокваша, квашеная капуста и шашлыки в маринаде, столь любимые многими россиянами продукты, тоже прошли первичную ферментацию (пищеварительное расщепление).

Автолиз — ещё один вид использования «чужой энергии» для расщепления пищи. Так называется процесс, при котором клетки «растворяют» сами себя. Его суть заключается в том, что, отслужив свой век, клетка сама себя разбирает на составные части, которые затем идут на строительство новых клеток, или на их питание. Например, когда головастик лягушки вырастает — клетки хвоста сами себя растворяют, а образовавшийся в результате бульон усваивается другими клетками лягушки как пища. Саморастворением клеток занимаются собственные ферменты клеток, которые при определенных условиях, в частности, при умерщвлении животного, активируются и начинают растворять клеточные белки — переваривать клетку, превращая ее в бульон, готовый к употреблению другими клетками. В своё время академиком Уголевым был поставлен уникальный эксперимент: кусок сырого мяса был помещен колбу с желудочным соком. Во вторую аналогичную колбу бы помещён такой же кусок, но варёный. Спустя некоторое время сырое мясо полностью растворилось в желудочном соке, т.е. расщепилось до аминокислот, готовых к всасыванию в кровоток. А вареное мясо за это же самое время, лишь слегка привяло и скукожилось. Так происходит растворение сырого мяса в желудочном соке. А вареное мясо плохо растворяется потому, что при температурной обработке мяса произошла денатурация белка, т.е. белок из растворимой формы перешел в нерастворимую. Пример: белок сырого яйца вполне возможно растворить в обычной воде, получив некую суспензию. Сделать то же самое с варёным яйцом не получится даже близко, хотя с точки зрения состава яйца (белки, жиры, углеводы) ничего не изменилось. А по сути это уже два разных продукта. Итак, один и тот же кусок мяса, но в разных своих состояниях (сырой, вареный) — требует разного количества энергии для своего усвоения. Структура сырого мяса тоже не однородна по времени: у парного мяса (не более 2-3 часов после забоя) волокна расслаблены, а белок хорошо растворим; далее наступает этап трупного окоченения, когда волокна сжимаются, нарастает кислотность мяса, и оно становится механически жестким; через 50-60 часов наступает этап глубокого автолиза или как, говорят кулинары, этап «зрелости мяса», когда возвращается мягкость и растворимость белка. Хищники так и поступают — едят либо сразу, либо возвращаются к добыче через 2-3 и более суток, когда на переваривание пищи в её новом состоянии понадобится минимум собственной энергии.

Бессмысленно говорить о пище вне контекста пищеварения, без ферментной системы и функционального состояния организма. Бессмысленно подсчитывать в каком-либо продукте калории, витамины или содержание минералов без учета всех остальных элементов системы пищеварения. При оценке питания необходимо брать в расчёт всю систему, в которой пища — лишь один из ее элементов. А любая система сохраняет функциональность лишь до тех пор, пока работает: мышцы атрофируются, если их не тренировать, не востребованные организмом ферменты перестают синтезироваться. Пример: одних собак от молока «несет», потому что лактаза, фермент расщепляющий лактозу (молочный сахар), при переходе на мясную пищу, перестал синтезироваться. У других собак прием молока не ведет к диарее, потому что щенок, отлучённый от материнского молока, перешёл на коровье, и синтез лактазы, не прекращался. Другими словами, питание собаки должно быть адекватно ферментной системе и функциональному состоянию организма.

Главный лозунг адекватного питания — назад к природе! А в природе нет сухого корма, нет вареного мяса, нет куриц и коров, выращенных на гормонах роста. Чтобы понять, почему при добыче крупного травоядного, хищники в первую очередь поедают его внутренности, необходимо знать принципиальную разницу пищеварения хищников и травоядных. Травоядные животные имеют многокамерный желудок. И 4/5 объема этого желудка – рубец, который, по сути, является биологическим реактором непрерывного культивирования микрофлоры. Растительная пища поступает в рубец, в котором запускается процесс бактериального сбраживания углеводов и синтезирования белка. Коэффициент конверсии примерно такой: 1 кг. углеводов, превращается в 100 гр. бактериального белка. В дальнейшем белок из рубца отрыгиваются и поступают в истинный желудок, где он переваривается, как любой другой. Кроме белка в рубце, а затем в длинном кишечнике, где процесс пищеварения продолжается, идет синтез летучих жирных кислот (ЛЖК): пропионовой, уксусной, изопреновой, бутиловой, молочной кислоты. Они образуются в процессе жизнедеятельности микрофлоры кишечника и выполняют очень важные функции: обеспечивают энергией эпителиальные клетки кишечника; подкисляют просвет кишки, обеспечивая, таким образом, бактериостатический и бактерицидный эффект; переводят токсичный аммиак (продукты белкового метаболизма) в нетоксичный аммоний (мочевину), предохраняя, таким образом, животное от гипераммонизации (белкового отравления); поступая в системный кровоток, ЛЖК играют роль нейромедиаторов и пр. У хищников рубец и кишечник короткий и гладкий. А кислотность желудка такая, что никакая микрофлора извне в кишечник не проникнет. Таким образом, все хищники живут в состоянии острого дефицита ЛЖК. Именно поэтому, забив травоядное животное, они первым делом набрасываются на рубец и кишечник жертвы. Мясо подождет, а вот летучие жирные кислоты быстро разлагаются. Среди всего прочего, бифидобактериями кишечника синтезируется витамин «К», являющийся лучшим антидотом для собак, от крысиного яда. Поедая внутренности травоядных животных, дикие псовые, таким образом, принимают природный антидот. Мелкую живность (мыши, куропатки, зайцы) дикие псовые едят целиком, вместе с желудком, шерстью, когтями и зубами. Вместе с мышью в желудок хищнику в полупереваренном виде попадает то, чем она питается: семена и молодые всходы растений, лесные орехи, ягоды и даже насекомые. По многообразию состава и пользе такая пища даст фору любому, даже самому высококачественному сухому корму. Касательно копрофагии, следует отметить, что собаки не едят фекалии других собак или каких-либо хищников, зато с удовольствием потребляют отходы жизнедеятельности травоядных животных и человека (особенно детей) по причине содержания в них слущенной с эпителия кишечника кисломолочной микрофлоры и ЛЖТ, в чем хищники испытывают острейший дефицит. Пищевой цикл хищника начинается ещё в желудке травоядного — природа как всегда идет по пути наименьшего сопротивления: зачем волку собственная микрофлора как источник синтеза ЛЖК, если он может их получить, потребляя в пищу травоядных и, в первую очередь, рубец. Рубец – это весьма пористая, губчатая, складчатая субстанция, вся пропитанная кислотами, вся насыщенная солями этих кислот. Полноценный рубец издаёт весьма специфичный «аромат», который на большинство собак действует, как наркотик. И пока рубец издаёт такой аромат – он несет ЛЖК, а значит, представляет для собак непреходящую ценность. Именно поэтому, собаки, регулярно получающие свежий рубец, не страдают копрофагией или страдает ею в меньшей степени.

Куриное мясо, обладая хорошей усвояемостью и высокой энергоёмкостью, является одним из лучших кормов для собак при условии, что курица выращена на собственном подворье. Курятину индустриального разведения не стоит использовать в пищу собакам, по причине присутствия в ней гормонов, антибиотиков, хлорсодержащих препаратов и пр. Несмотря на то, что любое млекопитающее рождается стерильным, бактерии попадают в кишечник млекопитающего уже в первые минуты. Микрофлора родовых путей и влагалища (а это преимущественно лактобациллы и бифидобактерии) проходит по пищеводу, расселяются по эпителию толстой кишки, становясь собственной (индиогенной) микрофлорой щенка. В пору самого раннего «детства» желудочный барьер щенка легко проницаем для бактерий, так как среда еще щелочная. Следовательно, краткий миг щенячества — этап естественного формирования собственной микрофлоры кишечника, которая потом, всю жизнь будет служить и оберегать организм собаки. При переходе с молочной пищи на мясную, среда желудка становится кислой, и бактерии пройти сквозь него уже не могут. Желудок взрослых собак не только орган пищеварения, но и место дезинфекции пищи — всё, что попало в живот, проходит обработку кислотой желудочного сока. Кислотность желудка собак много выше чем у человека, поэтому собака почти не болеет желудочно-кишечными инфекциями. Итак, бактерии проникают в кишечник щенка из влагалища матери. Одни бактерии в кишечнике расселяются по эпителию. Это — защитная микрофлора. Другие живут в просвете кишки, т.е. в кишечных каловых массах. Патогенная микрофлора, которая тоже живет в просвете кишки, стремится вырваться в системный кровоток, а защитная микрофлора (бифидо и лактобактерии), живущие на стенках их туда не пускают. Вот эта внутренняя изоляция кишки, состоящая из кисломолочной микрофлоры и отростков эпителиальных клеток (муциновый слой), и есть защита организма от кишечных ядов и инфекций. Один из трудов И. Мечникова касается взаимного антагонизма вредных и полезных бактерий. В борьбе друг против друга они используют химические вещества, которые сами же и продуцируют. Кисломолочные бактерии используют для этого кислоты, те самые ЛЖК (летучие жирные кислоты), в кислой среде которых патогены гибнут. В норме кисломолочная микрофлора доминирует над патогенной, но, как только она ослабевает и её популяция сокращается, патогенные микроорганизмы начинают бурно размножаться. При сокращении защитной микрофлоры, токсины, которые производит гнилостная патогенная флора, начинают проникать в организм. Поражение защитного слоя может стать причиной неспецифичекого язвенного колита кишечника, синдрома раздраженной кишки и пр. Крайний случай беды — перфорация стенки кишечника и прямое проникновение в кровоток кишечных бактерий и ядов. Далее, сепсис и смерть. При проникновении ядов из кишечника, растет нагрузка на печень возникает портальная энцефалопатия. Как следствие — артрозы, атопические дерматиты, алопеция и т.д. Кишечную микрофлору, кстати, называют иногда «второй печенью» и даже, неспецифическим органом человека. Количество бактерий кишечной микрофлоры составляет 100 тысяч миллиардов клеток, это в 10 раз больше, чем всех клеток человека, включая все клетки мозга, клетки мускулатуры, крови, соединительной ткани и пр. Вес кишечной микрофлоры у человека составляет примерно 2-2,5 кг. Для сравнения: печень весит 400 гр., мозг — 600 гр… Сердце – 300. Симбиоз организма млекопитающих с бактериями состоит в том, что он предоставляет бактериями пищу и кров, а они — защиту от инфекций и необходимые вещества, в том числе и витамин «К».

Homo sapience в этом партнёрстве ведёт себя крайне неразумно. По любому, самому ничтожному поводу, употребляет антибиотики (anti-против, bios-жизнь), убивая своих союзников, травит их консервантами, присутствующими в пище из супермаркетов, добивает газами с тяжелыми металлами и металлоидами, которыми дышит каждый день. Регулярно случающиеся стрессы приводят к продуцированию его организмом собственных антибиотиков. Идея заместительной терапии проста до неприличия и крайне выгодна производителям фармацевтических препаратов. Её суть заключается в том, что: если в организме не хватает полезных бактерий, то их надо принимать в форме лекарственных препаратов (линекс, бифидумбактерин, пробифор и пр.), или вместе с едой (биокефир, йогурты и пр).

Обман заместительной терапии состоит в следующем: кисломолочная микрофлора — строгие анаэробы, они не живут в присутствии кислорода; среда кефира, йогуртов или таблеток для них враждебна; пробиотики не могут достигнуть толстой кишки и погибают ещё в желудке, поскольку желудок — мощный антибактериальный барьер, задача желудка не только переварить пищу, но и дезинфицировать ее, убить и вредные и полезные бактерии, в него попадающие; если своя родная микрофлора кишечника почему-то погибла, то почему чужеродная микрофлора, доставленная в кишечник, выживет там и приживется? количество бактерий в одной таблетке составляет примерно одну стотысячную от того количества, которое могло бы хоть как-то компенсировать дефицит микрофлоры, чтобы хоть как-то изменить расклад сил, надо принять 100 000 табл. микробный пейзаж индивидуален и неповторим, как отпечатки пальцев — пробиотики не могут воспроизвести его даже близко. О союзниках принято заботиться или хотя бы кормить. Но чем кормить микрофлору, и главное, как доставить «питание» в самые дальние окраины кишечника, где она обитает? Серьёзным препятствием на пути к полезным бактериям является желудок и тонкий кишечник, где питательная среда вполне может быть усвоена. Природа решила эту проблему элегантно и просто, создав вещества, которые не перевариваются пищеварительной системой человека или собаки, но прекрасно усваиваются бактериями.

Пребиотики — это углеводы, которые не перевариваются ни в желудке, ни в тонком кишечнике, потому что ферментативная система человека (коровы, собаки, кошки и пр.) не собержит бета-гликозидазу, фермент для их расщепления. Таким образом, пребиотики транзитом пролетают весь ЖКТ и практически в неизмененном виде достигают толстой кишки. И только здесь они, наконец, расщепляются ферментами кисломолочной микрофлоры (бифидобактерии, лактобациллы), становясь для нее пищевым субстратом. Другими словами, пребиотики — пища для микрофлоры кишечника собаки. Микрофлора кишечника обеспечивает организму: иммунный статус, дезинтоксикацию, энергообеспечение эпителия кишечника, синтез витаминов и летучих жирных кислот и пр. Питание может считаться нормальным, если до 30% потребляемых углеводов идет на питание защитной микрофлоры кишечника. Вы видели, как собака щиплет и жует травку? Причина в нехватке углеводов. А, когда не хватает пребиотиков, резко сокращается популяция кисломолочной микрофлоры, меняется кислотность в просвете кишки и начинают расти патогены (грибы типа Candida, клостридии), которые продуцируют токсины. Эти яды, в свою очередь, провоцируют диарею, проникают в кровоток, оказывая нагрузку на печень. Организм начинает работать в режиме дефицита энергии, при котором страдают прежде всего второстепенные функциональные системы — волосяной покров и кожа. Самый слабый пребиотик — целлюлоза. Самый простой и самый эффективный — лактулоза. Всего две молекулы — галактоза + фруктоза. Лактулоза моментально расщепляется, отдавая бактериям энергию и стимулируя тем самым их рост. Все или почти все проблемы кишечника – проблемы дефицита защитной микрофлоры. Она обеспечивает как местный иммунитет, так и противоопухолевую защиту толстой кишки. Печально, что в европейской (а также американской и японской) фармакологии основное назначение лактулозы — слабительное средство. Мало кто из врачей смотрит на лактулозу, как на пребиотик. Между тем она является самой лучшей питательной средой для кишечной микрофлоры. Все остальное, в том числе и ее слабительный эффект — производное от этого фундаментального свойства. Лактулоза — самый верный, самый эффективный и самый естественный путь нормализации кишечного пищеварения. Стратегия восстановления кишечной микрофлоры должна заключаться не в заселении кишечника чужеродной микрофлорой с помощью пробиотиков, а в стимулировании роста и жизнедеятельности собственной микрофлоры с помощью пребиотиков. Антибиотики, действительно, убивают кишечную микрофлору, но ни при каких обстоятельствах не в состоянии убить её всю. Для этого природа предусмотрела аппендикс — специальное депо, из которого расселение микрофлоры осуществляется по всему организму. Микрофлору восстановить просто – необходимо, всего лишь, предоставить ей питательную среду Клетки молочнокислых бактерий делятся примерно один раз в 25 минут … то есть, легко построить геометрическую прогрессию роста, чтоб рассчитать за какое время возможно восстановление популяции защитной микрофлоры. Давая собакам пребиотики, вы всего лишь компенсируете то, что они должны были принимать с нормальной пищей, если бы жили в дикой природе.

Киселёв С.А. Сайт «Ветеринарная медицина» http://www.allvet.ru/blogs/Virus-polza/169.php


Вы можете оставить комментарий! Я обязательно на него отвечу!

Объявления и реклама: